XX век — один из самых противоречивых периодов истории России. На ее долю выпало многое: с одной стороны, три революции, тяжелая гражданская война с иностранной интервенцией, кровопролитная война с фашизмом и его пособниками и крах в 1991 году, повлекший за собой идеологический тупик. С другой стороны, это полет в космос, приобретение статуса сверхдержавы и руководителя целого идеологического блока, статус второй экономики мира и создание надежного ядерного щита, который служит нашей стране до сих пор.
«Вся власть советам!»
Львиная доля XX века приходится на советскую эпоху, которая, несмотря на свои явные и тайные противоречия, продвинула страну вперед в технологическом и культурном аспектах. Одним из главнейших событий столетия для России, а также всего остального мира стала Октябрьская социалистическая революция, открывшая новое, невиданное доселе явление — модель социалистического государства, которая стала серьезным конкурентом капиталистической модели. Октябрьская революция до сих пор является темой горячих споров как у граждан России, так и за рубежом. Относиться к ней можно по-разному, но если мы не сможем разобраться в ее перипетиях, то не будем понимать, как развивалась страна.
Одним из важнейших действий первых лет советской власти стали декреты, которые большевики начали принимать сразу после прихода к власти. Речь пойдет об одном из них: декрете о национализации промышленности, а также о том, как проводилась национализация Ярцевскойбумагопрядильной фабрики.
«Фабрики — рабочим!»
Как известно, декрет о национализации промышленности был принят Советом Народных Комиссаров (СНК) РСФСР 28 июня 1918 года. Назывался документ «О национализации предприятий ряда отраслей промышленности, предприятий в области железнодорожного транспорта, по местному благоустройству и паровых мельниц». Он закреплял переход крупных частных промышленных предприятий под контроль рабоче-крестьянского правительства, что подтверждало один из тезисов, которым руководствовались большевики: полный запрет частной собственности на средства производства. Это был один из первых шагов к строительству социалистического государства и его «опорной колонны», коей стала диктатура пролетариата.
«А в подвале большое наследство»
В том же 1918 году прошла национализация Ярцевскойбумагопрядильной фабрики. Итоги этого процесса отражены в докладной записке «О национализации фабрик товарищества Прохоровской Трехгорной мануфактуры, товарищества Покровской мануфактуры и Ярцевскоймануфактуры Алексея Хлудова» от 30 сентября 1918 года. Документ дает характеристику вышеописанным предприятиям и характеру их отношений друг к другу. Сама записка является ничем иным, как описью имущества, сырья и готовой продукции предприятий. Благодаря документу нам доступны точные данные, и мы можем представить себе уровень производства на фабрике.
Общий капитал ярцевской фабрики оценивался составителем записки в 5 453 069 рублей (4 млн руб. — основной, 1 453 069 руб. — запасный). На предприятии сосредоточено 2 136 станков, трудятся 8 526 рабочих, в рабочем состоянии имеется 138 618 веретен. Месячная производительность фабрики составляет 16 179 пудов пряжи, около 10 тыс. пудов суровых тканей. В привычной для нас системе измерений, в месяц предприятие производило 265 020 кг пряжи и 163 804 кг суровых тканей.
По состоянию на 1 июля 1918 года, по данным докладной записки, на Ярцевской бумагопрядильной фабрике имелось 6 555 пудов хлопка, 17 649 пудов пряжи, 1 633 пуда суровой ткани, а также около 2 200 квадратных саженей дров, которые использовались в качестве топлива.
Путем математических вычислений приходим к тому, что на фабрике имелось 107 375 кг хлопка, 289 102 кг пряжи, 26 749 кг суровой ткани, 21 600 кубометров дров. Составитель записки признает положение фабрики удовлетворительным только в отношении топлива и пряжи и приходит к выводу, что этих запасов хватит на два месяца, а хлопка хватит на неделю-полторы работы.
Необходимо понимать, что наша фабрика не была самой высокопроизводительной и крупной среди прочих в объединении. Для сравнения, Покровская мануфактура имела капитал в 5 425 000 рублей (4 млн руб. — основной, 1 425 000 руб. — запасный), а Прохоровская — 16 млн рублей (12 млн руб. — основной, 4 млн руб. — запасный). Наше предприятие было на втором месте в данном объединении по количеству станков. На первом — Покровская мануфактура: у нее на 14 станков больше, а на последнем — Прохоровская с 1 229 станками. В то же время Ярцево было первым по количеству веретен (у Прохоровской — 42 044 шт.; а у Покровской — 112 216 шт.), также на Ярцевской фабрике работало больше всего людей.
Новый хозяин Ярцевской фабрики
О небольшом монополистическом объединении под руководством семьи купцов-текстильщиков Прохоровых говорит еще один документ — «Докладная записка о составе, характере связей и производственной деятельности группы текстильных предприятий, объединяемых Товариществом Прохоровской трехгорной мануфактуры» от 3 октября 1918 года.
Николай Иванович Прохоров был одним из важных текстильных дельцов конца XIX — начала XX века. Руководя семейным бизнесом — Трехгорной мануфактурой — он был членом и пайщиком многих объединений: Московско-Кавказского нефтяного промышленно-торгового товарищества, Московского купеческого банка, Русско-Азиатского банка, а также был членом товарищества Ярцевской мануфактуры бумажных изделий А.И. Хлудова.
После смерти Алексея Хлудова и его сына Михаила тяготы управления товариществом легли на плечи Веры Александровны Хлудовой. В 1900-е годы XX века она испытывала большие финансовые трудности. Именно тогда Николай Прохоров делает Хлудовой предложение, от которого нельзя было отказаться: большая часть паев (в количестве 815 паев) предприятия продается Прохорову за 500 рублей каждый, а Вера Александровна остается председателем товарищества. Предложение было принято — таким образом у Ярцевской фабрики появился новый хозяин. Окончательно сделка оформляется к 1906 году. Покровская мануфактура переходит во владение Прохорову уже в годы Первой мировой войны (в 1914-1915 гг.).
«Монополистическое объединение Прохоровскойтрехгорной мануфактуры»
Предприятия были связаны не только общим владельцем, но и одной отраслью производства: все они были текстильными. Трехгорная мануфактура состояла из трех фабрик: ткацкой, прядильной и ситценабивной. Ситценабивная, в свою очередь, — из красильной, отбельной и печатной фабрик. 50% тканей Прохоровской мануфактуры уходило на ситценабивное производство, остальную половину предоставляли Ярцевская и Покровская мануфактуры. Таким образом, все три предприятия были связаны в одну производственную цепь, и, когда пришла пора национализации, нельзя было производить этот процесс отдельно с каждым предприятием.
Таким образом, ознакомившись с описанными выше документами, мы можем не только утверждать, что Ярцевская фабрика была частью небольшого монополистического объединения, но и способны видеть масштабы ее работы в последние десятилетия перед революцией 1917 года.
Материал подготовил Семен Журавлев,
методист по научно-просветительской работе
Ярцевского историко-краеведческого музея