«Смоленщина талантами богата, Смоленщина талантами полна» — эта фраза, ставшая крылатой, не просто набор красивых слов. Одаренных людей действительно много, в том числе и в нашем Ярцевском округе. Но, талантливые и одаренные в обыденной жизни, они как правило, скромны и стараются быть незаметными. Во всяком случае, в провинции. Они просты в общении, но с трудом соглашаются на интервью. А нам-то хочется узнать поподробнее о жизни человека, известного не только в Ярцеве, но и за его пределами.
Рассказывая о наших творческих коллективах, мы обычно называем имена художественных руководителей. В тени, «за кадром» остаются те, без кого не состоялся бы ни один концерт вокального или хореографического ансамбля. Речь идет обаккомпаниаторах — музыкантах, которые на каждой репетиции десятки раз повторяют одну и ту же музыкальную фразу, чтобы певцы или танцоры закрепили движения или вокальный фрагмент. А потом бывают концерты, где зрительские аплодисменты достаются руководителям и артистам, а имена аккомпаниаторов иногда просто не упоминаются.
Один из таких людей — аккомпаниатр Лев Петров (на фото), человек, который через всю жизнь пронес любовь к музыке и имеет право называться Музыкантом.
За Львом Михайловичем Петровым я ходила несколько месяцев, уговаривая его дать небольшое интервью для газеты «Вести Привопья». Но только благодаря двум очаровательным женщинам — супруге Наталье Михайловне и его коллеге по музыкальному «цеху» Раисе Ивановне Марченковой мне удалось разговорить Льва Михайловича.
Итак, 10 июля 1955 года в смоленском городке Демидов в семье замечательных людей Галины Михайловны и Михаила Владимировича Петровых родился первенец, которого в честь прадеда Льва Платоновича назвали Лёвушкой. Жила семья Петровых по соседству с семейством Юрия Никулина. Так что бабушке Льва довелось понянчить не только своего любимого внука, но и будущего знаменитого артиста.
— Лев Михайлович, неужели Вы с самого детства мечтали стать музыкантом?
— Раньше в Демидове во дворах каждый вечер собирались гармонисты, сидели и наигрывали. А я (как мне потом рассказывали родители) усаживался с ними рядом, брал в руки детскую табуреточку, переворачивал ее и, как будто, им подыгрывал. Наверное, тяга к музыке появилась уже тогда. Вот родители и решили отправить меня в музыкальную школу. С этого все и началось.
— Но ведь ребенка нужно чем-то сильно зацепить, чтобы он игры с мальчишками во дворе променял на занятия музыкой. И не просто окончил бы музыкальную школу, но и продолжил бы играть на инструментах и дальше.
— Не знаю, чем меня «зацепило», но вот как взял в руки «табуреточку», так с тех пор и играю. Причем, не только на баяне, но и на гитаре, и на клавишных инструментах. Правда, был один момент, когда жизнь могла пойти по другому руслу. Какое-то время я хотел стать лесником, жить в лесу…
Наверное, и семья повлияла на мое становление как музыканта. В нашем доме всегда звучала музыка. Когда наша семья переехала в Ярцево, мама — учитель английского языка, устроилась во 2-ю среднюю школу, а папа работал заместителем начальника милиции. Свое свободное время он отдавал творчеству. Был солистом народного мужского вокального ансамбля Дворца культуры и играл на бас-балалайке в оркестре народных инструментов. У него был очень красивый сочный баритон. В ансамбле было 14 человек, голоса у всех обалденные, пели на уровне профессиональных артистов. Руководила ансамблем Вера Ивановна Морозова. Пели в основном классику и патриотику.
— Скорее всего именно отцовские гены и определили Ваш выбор жизненного пути. Долго размышляли, куда пойти учиться после музыкальной школы?
— Сразу выбрал Смоленское музыкальное училище. Здесь я стал серьезно заниматься … спортом. Люди, которые меня окружали, в том числе и музыканты, все были увлечены спортом. И меня затянули. Я занимался в основном тяжелой атлетикой.
— Наталья Михайловна, Ваша супруга, как-то в разговоре обмолвилась, что если бы Лёва не стал музыкантом, он был бы олимпийским чемпионом.
— Это она, конечно, преувеличивает, но спорт мне дал очень много. Помимо физической силы, он поддерживал мой жизненный тонус. Так что музыка и спорт шли параллельно, и тем и другим я занимался с удовольствием.
Вообще я с радостью вспоминаю то время, потому что мне довелось поиграть с великолепными музыкантами. Один из них Борис Богданов, мой очень хороший друг, с которым мы вместе поступали в музыкальное училище, и не поступили. Конкурс был просто сумасшедший, но нас взяли с испытательным сроком на вечернее отделение. Мы учились вместе с людьми, которые имели большой практический опыт выступлений. И общение с ними много нам дало, мы сдали экзамены и были зачислены уже на второй курс дневного отделения. Так вот Борис Богданов впоследствии аккомпанировал и писал аранжировки Михаилу Кругу. Еще один мой друг, Александр Маркелов с которым мы играли вместе, впоследствии работал с известным композитором и исполнителем Игорем Сарухановым.
Особый след оставило в памяти сотрудничество с нашим ярцевским ансамблем «Робинзоны». Им руководил Слава Журавлев. Ансамбль пользовался бешеной популярностью у молодежи. А песни «Девушка с оленьими глазами», «Прощай, моя любовь» до сих пор помнят те, кому в 70-е годы было 15-20 лет.
— Но давайте, Лев Михайлович, вернемся в далекий 1974-й, когда Вы закончили Смоленское музучилище.
— Пошел служить в армию. Вернувшись после службы в Ярцево, устроился работать преподавателем по классу баяна в детскую музыкальную школу. Проработал год, и вот как-то Татьяна Степановна Рагулина, с которой мы были знакомы еще со времен моей учебы в Смоленске, где вместе выступали в кинотеатре «Октябрь» (тогда была традиция — перед каждым сеансом был небольшой концерт: Боря Богданов играл на фортепиано, я на бас-гитаре, а Татьяна Степановна пела), предложила мне стать аккомпаниатором в клубе «Энергетик» в танцевальном коллективе «Весна» под руководством Александра Сергеевича Япрынцева. Конечно, я отказался, потому что коллектив был значимый, а я не был уверен, что справлюсь; в армии-то я в руки баян не брал и музыкой вообще не занимался.
Аккомпанировать танцевальному коллективу очень непросто: нужно выдерживать ритм, темп, требуется очень хорошая техника игры. Это сейчас используются фонограммы, а тогда все было под баян или фортепьяно — и песни, и танцы.
Но все-таки Татьяна Степановна настояла, и я сдался. Никогда не забуду свой первый концерт, который состоялся через две-три недели после моего прихода в ансамбль. Концерт я завалил полностью! Там нужно было много запоминать: где быстрее играть, где медленнее, где остановка. В общем, я растерялся и был просто в шоке. Жил я в то время напротив парка, пошел домой с Пионерного пешком. Иду и думаю: «Все, закончилось мое аккомпаниаторство».
Но Татьяна Степановна и Александр Сергеевич убедили меня не бросать дело, и после этого все пошло своим чередом. В итоге я проработал с «Весной» восемь лет.
— А потом «подкрались» 90-е, которые круто изменили жизнь страны и каждого из нас. И Вашу тоже, Лев Михайлович?
— Жизнь стала неспокойной, другой. На первый план вышла забота о семье и детях. Женился я в 1982 году, родились дети: сын Валера и дочь Аня. Семью нужно было содержать, поэтому я брался за любую работу. На предприятиях пошли сокращения, месяцами не выплачивалась заработная плата. Но я не впал в отчаяние, нашел себя в другом. В 1996 году организовал крестьянское (фермерское) хозяйство «Нектар». Занимался пчеловодством, земледелием, разведением свиней, выращиванием крупного рогатого скота. И жену приобщил. Кстати, она у меня, как и моя мама, преподаватель английского языка, но в связи с обстоятельствами жизни и ей пришлось поменять профессию.
— Лев Михайлович, за свою жизнь Вы несколько раз сознательно отказывались от баяна — находились дела поважнее. Когда занялись фермерством, наверное, решили, что Ваша карьера баяниста окончательно подошла к концу?
— Думал, что да. Это во времена моей молодости баянисты были нарасхват. Раньше на каждом предприятии были свои хоры. А потом художественная самодеятельность ушла в прошлое, и баян никому не стал нужен… И начался в моей жизни «кабацкий» период. Я стал играть в кафе и ресторанах. За эти годы в составах разных ансамблей я играл с нашими известными ярцевскими музыкантами Анатолием Самуленковым, Юрием Прокоповым, Александром Мандриком, Константином Капанадзе…
Но опять в дело вмешался случай. В 2005 году руководителем вокального ансамбля «Русская песня» стала Раиса Ивановна Марченкова. Именно она вместе с директором тогдашнего «Энергетика» Натальей Ефремовной Бумбак пригласила меня вернуться в клуб аккомпаниатором ансамбля «Русская песня». И большое спасибо, что меня вернули, иначе бы я, конечно, музыку забросил окончательно. А так все вернулось, и вот уже двадцать лет я выхожу на сцену с «Русской песней». Это для меня большая радость и гордость.
— Лев Михайлович, Вы поющий музыкант. У Вас в багаже не одна сотня песен: и русские народные, и песни военных лет, и кабацкие. А какие Вам больше всего по душе?
— Я люблю песни, в стихах которых есть смысл. Я жизни учился на песнях. У музыки ведь не только развлекательная функция, но и воспитательная. Не секрет, что в наше время при толковом звукооператоре и современной аппаратуре, имея в запасе фонограммы и «плюсовки», из любого среднестатистического гражданина можно сделать «звезду». Пусть даже этот «певец» не имеет ни слуха, ни голоса, ни музыкального образования. Вот и звучат со всех сторон «хиты», от которых ни уму, ни сердцу никакой пользы. А хочется, чтобы было, как пел Леонид Утесов:
«Нам песня строить и жить помогает,
Она, как друг, и зовет, и ведет …»
— Лев Михайлович, Вам недавно исполнилось 70 лет. Дата почтенная, но Вы по-прежнему легки на подъем. Не пропал в Вас мальчишеский задор, у Вас друзья, любящая семья, и баян звучит также мелодично и маняще, как и в годы Вашей юности. Что сейчас Вас вдохновляет в жизни и в творчестве, что придает силы, ради чего хочется жить, петь и играть?
— У меня замечательная семья. С женой Натальей мы, как говорится, и в горе и в радости уже 43 года. У нас замечательные дети, горжусь ими. Особую гордость вызывают внуки. Старшему, Марку, 14 лет, он серьезно занимается хоккеем, играет много лет в ЦСКА. У младших свои таланты и способности. Дамирчик успешно играет в футбол, а Амелия танцует. Так что есть, чем вдохновляться и ради чего жить.
Татьяна Юрьева
(Фото из архива Льва Петрова)